О гомофобии и мракобесии


svyatogor

Вот послушал я по Эху Москвы «ищем выход» о законе против пропаганды гомосексуализма несовершеннолетним. И было от этого у меня два важных открытия.

Первое. Что просвещенные либералы, в том числе просвещенный модератор С. Бунтман, замглавного редактора Эха Москвы, который был почему-то не модератором, а собеседником определенной ориентации (позиции, я имею в виду), с чувством заглотили наживку, подготовленную для них хитрой Госдумой, и стали всячески ее расклевывать, совершенно забыв о существовании более важных для нас вопросов коррупции, о невообразимых хищениях, о переводе Фонда Национального Благосостояния и Резервного Фонда (более 150 млр. долларов) в руки частно-государственного партнерства и о многом другом. И то, и другое, и наживка, на которую клюют просвещенные модераторы, и огромные хищения – все это многократно обсуждалось и знакомо до зубной боли.

Поэтому я хочу остановиться на втором своем открытии, которое существенно меньше по масштабам и в большей степени соответствует скромному кругозору вашего покорного слуги. Так бывает. Кому-то обсуждать финансирование строительства синхрофазотрона, кому-то – завтраки для персонала (закон Паркинсона).

Так вот, открытие, которое я вынес из этой передачи, очень неожиданное для меня открытие, что я – адепт обскурантизма. Почему именно это слово – «обскурантизм» – употребил уважаемый искусствовед А.Ерофеев, большой поклонник «искусства» Pussy, а не «мракобесие», например? Известно пристрастие А.Е. к «красивым» словам. На том стоит. Вот, что он сказал: «Обскурантизм опирается на то сознание, которое не хочет продвижения в сторону понимания культуры человеческих ценностей». Хоть и непонятно, но здорово!

В общем, я внезапно осознал, что не хочу, видимо, продвижения в сторону понимания этой культуры. Может, и хочу, но не получается. Потому что мне лично претит пропаганда гомосексуализма. Как одной из НОРМ сексуальной жизни. Так Андрей Е. сказал. В общем, гомосексуализм – это норма. Есть еще третья норма – бисексуальность. А кто этого не принимает – тот гомофоб. Закон приняли просто идиоты! Так и сказал! Алексей Алексеевич, вы бы последили, что в вашем эфире вещают безответственные товарищи.

Я внимательно послушал, что говорила Марьяна Безруких, директор Института Возрастной Физиологии. Очень четкая дама. С прекрасно артикулированной, хорошо поставленной речью. Назидательная женщина. Она – тоже за культуру, к которой я не продвигаюсь. Так я понял. Но она же сказала, что есть физиологические предпосылки к гомосексуализму отдельных людей. Кстати, не обязательно приводящие такого человека к гомосексуализму. А есть и социальные предпосылки. То есть, можно квалифицировать гомосексуализм как социальное явление. И большинство психологов и общественных деятелей склоняются именно к этому. То есть, это в большинстве случаев. Так она сказала.

Я подумал: наверное, это правильное суждение. Похоже, так оно и есть.

Из того, что я знаю. Гомосексуализм в Гулаге – насаждался органами, как одно из средств контроля ЗЭКов. И наказания. Как просто – опустить строптивого ЗЭКа, и он уже петух – каста изгоев, неприкасаемых, отверженных. Задача – превратить человека в ничто, раздавить, вполне работоспособный механизм.

В Японии самураи культивировали мужеложство. Любовники-самураи лучше сражались на поле боя за жизнь близкого человека. То же и Спарте. Что, кстати, и сгубило Спарту.

razvrat

Я, конечно, не специалист в области возрастной физиологии, как назидательнейшая из Марьян. Но свое мнение в блоге могу высказать. Тем более что оно, как я понял, не расходится с точкой зрения милейшей из директрис. Мне кажется, что и в современном обществе гомосексуализм, как правило, социальное явление. Определенные силы в обществе хотят для него не равноправия. Они хотят агрессивного равноправия. Они хотят его развития. Это огромный бизнес. Захватывающий все новые сферы. Попса. Акционизм. Я знаю, Андрей, Вам нравится все, что делают Pussy. Совокупление на площади – высокое искусство. Феминистки топлесс. Спиливание креста. Раздевающиеся на Рождественской проповеди папы Римского. Все это – новая норма. Идите дальше, Андрей (святое библейское имя), борец за свободу. Зачем нужен закон о растлении несовершеннолетних? А если девочка до 16 «захочет» взрослого дядечку? Почему это нельзя? Ограничение свободы. Давайте и это отменим. Скотоложство. Почему нельзя иметь секс с любимой собачкой? С козочкой? Ограничение свободы! Может быть, это тоже норма для искусствоведа Андрея? Искусствовед, думаю, знает, как надо, он может научить нас жить правильно. Все – норма. Жить нормой большинства – непрестижно.

Видимо, искусствоведам нравится сексуальная революция. Экраны TV распахивают безвкусные будуары теледив – кто, с кем, когда, сколько раз, это можно и посмотреть, кто и как жует банан, и о «золотых яичках» Баскова, и о накладной красоте, тюнинг называется. Высокое искусство! Высокие отношения! Распутство – как образ жизни привилегированных. Тоже огромные деньги. Плей бой. Порноиндустрия. Все это уже есть. Поздно пить Боржоми. Но свою позицию надо иметь. И обществу. И каждому человеку в отдельности.

Зададим себе вопросы. Хочу ли я, чтобы моя 15-летняя дочь «из любопытства» имела сексуальный опыт с взрослым дядечкой? Чтобы она стала путаной? Или экранной дивой, пробивающей путь в «настоящую» жизнь одним местом? Или чтобы она стала лесбиянкой? Или чтобы жила с собачкой? Или чтобы сын стал геем? Или чтобы жил с козочкой, как греческие пастухи в древние времена? Хотим ли мы, чтобы искусствовед учил нас, с кем спать, чтобы правильно было? Чтобы приблизиться, наконец, к европейской культуре, столбовой дороге прогресса. Почему-то мы не хотим, чтобы дети наши жили в Содоме и Гоморре.

religiya

Я не против гомосексуалистов. Есть простая формула: не спрашивай, не отвечай. Пусть живут, как хотят, пусть делают, что хотят, на своих территориях. На специально выбранных территориях. Вечеринка для геев. Бал феминисток. Свальный грех «избранных» и лучших моделей в замке хозяина Плейбоя. Это не сегрегация. Но я, френды, не хочу видеть это ни в СМИ, ни на улицах. Пусть делают, что хотят. Только не в школе. Только не там, где дети. Это посягательство на мою личную свободу. Это посягательство на будущее наших детей. Это сегрегация большинства. Андрей бросает мне и таким, как я, – это нацистские штучки. Это Ваши, Андрей, нацистские штучки. Нацистские штучки агрессивного меньшинства. Надо же выдумать: «Сегрегация – основа мышления русского человека». Алексей Алексеевич, я уже просил вас, последите, что в вашем эфире вещают безответственные товарищи.

Дошло до того, что теперь считается неприличным говорить, что принадлежишь к большинству, что ты – натурал. Раз мне не нужны публичные акции феминисток и гомосексуалистов, значит, я – гомофоб. Более того, – мракобес. Так получается. «Нам с вами не по пути» – говорит модератор в эфире, не стесняется. Плохой модератор. Модератор не должен проявлять свою позицию.

В Москве, в Петербурге мусульмане режут на улице барашка. Пусть собираются, пусть молятся, но барашка и крови мы не хотим видеть. Нам это глубоко неприятно. Это тоже ксенофобия? Не знаю, как Сергей Александрович относится к растлению малолетних, к сожительству с животными. Вы, Сергей Александрович, любите пропаганду жизни с собачкой? Думаю – нет, вы – ксенофоб, Сергей Александрович! Вы хотите отнять у любительницы собачек ее свободу и свободу выражения своих чувств.

На сцене Верка Сердючка. Сергей Зверев. Александр Песков. Может и не геи. Образ такой. Престижно. Куча подражателей. Задумано социальными архитекторами и осуществлено. Социальное явление. Какое же еще?

Люди должны себя защищать. И общество должно себя защищать. Семья – ячейка общества. Что самое первое мы узнаем? Что для нас первое и самое важное? Мама. Папа. Мама – мама. А не мама – дяденька. Семья. Бабушка. Бабушка – бабушка, а не бабушка – дедушка. А потом что? Первая влюбленность. Первое свидание. Первый поцелуй. Первая близость. У мальчика – первая девочка. У девочки – первый мальчик.

Сергей Александрович – отчаянный проповедник гомогенной семьи. Представьте себе маму – размалеванного кокетливого дядю в женской одежде. Девочка, может быть, и вырастет в такой семье. А мальчик – будущий муж, воин, защитник – вряд ли. Вы можете себе представить Шекспировскую драму Ромео и Джульетта, где Ромео и Джульетта – два мальчика? Неужели вы не можете понять, что любое сексуальное впечатление ребенка влияет на всю его жизнь? Испугался в детстве, коснувшись женской груди, и на всю жизнь проблемы, как у Зощенко. А вы точно знаете первопричину трагедии Параджанова? Чайковского? Оскара Уайльда? Мы должны пожалеть и помочь подранкам. И постараться создать условия, чтобы их меньше появлялось. Получил сексуальное удовольствие от удара ремнем по попе – готов мазохист. Любой детский опыт гомосексуализма, в том числе зрительный, – на всю жизнь рана, боязнь женщин. Почему мы должны приветствовать воспитание детей в гомосексуальных семьях? Неполная семья – и то плохо, отпечаток на всю жизнь. А в гомосексуальных… большой вопрос.

Многое в человеческом сообществе запрограммировано. Теми или иными группами. Злонамеренными группами. Сексуальная революция. Гомосексуализм. Феминизм. Сектанство. Саентология. Наркомания. «Великие» учителя, которые знают, как надо. Виссарионы и Жикаренцевы. Маги и провидцы. «Целители» тела и «целители» душ. Что между ними общего? Все это явления из одного ряда. Здесь нет насилия. Слаб человек. Нетрудно притворной добротой заманить его в ловушку. Посадить на иглу различных фобий. Кто посадил на иглу Высоцкого? Кому-то это было надо. Посадил на иглу – и управляй. Лови кайф от власти. Манипулируй. Греби деньги. Тебя поддержат. Финансисты. Юристы. Власть – обязательно, может быть неявно, но поддержит. Искусствоведы. И недалекие, крикливые, убогие либералы. Последние – бескорыстно. По инерции. По близорукости.

Что нужно обществу? Семья. Дети. Нужно, чтобы дети знали обо всем. Да и не скроешь сейчас. Пусть лучше от нас узнают. Просвещать надо. Во всем. Но должна быть тайна. Информирование не мешает тайне. Тайну все равно не объяснишь. Просто надо сказать, что бывают тайны. Пока ребенок сам не переживет первого прикосновения, это будет для него тайной. А переживет – у него будет СВОЯ тайна.

Осудите меня, френды, мне не нравятся гражданские браки. Если взрослые дети хотят иметь семью, пусть они скажут об этом сами себе. Что они так решили. Что они – избранники друг друга. Любая регистрация – лучше, чем жить так. Венчание верующих – еще лучше. Тогда и семья будет. И дети будут. В хорошей семье будут хорошие дети.

Общество хочет иметь детей. Значит – надо иметь обыкновенные семьи. Европа хочет иметь «другие» семьи. Америка хочет иметь свальные мормонские семьи. Скандинавы считают, что лучше всего детей воспитывает государство. И часто отнимают детей у родителей. Пусть. У нас, увы, тоже есть «другие» семьи. И ужасные детские дома. Увы. Но поощрять нужно нормальные семьи, обычные семьи. Зачем во всем брать пример с Европы? Европа много дров наломала со своей толерантностью. Мы видим мусульманские кварталы, куда боится заходить полиция. Мы знаем и помним ужасные французские погромы и пожары. Вы бывали на Миконосе, живущем под лозунгом «Геи всех стран – объединяйтесь!»? Ничего не напоминает? Где на каждом шагу открытки, со смаком изображающие натуральные прелести однополой жизни. И «прелестные» бытовые сценки однополой любви. Продвинутые искусствоведы и модераторы, поизучайте там самый современный опыт воспитания детей.

Не обвиняйте, модераторы, нас в бескультурье, если мы не хотим во всем копировать Европу, если мы не балдеем от идеи гомосексуальных браков, если мы против «мягких» наркотиков, если мы хотим, чтобы мигранты знали русский язык. Поезжайте в глубинку. Где меньше оболванивающего влияния СМИ. Много там гомосексуальных браков? Так что это – физиология или социальный фактор? То-то!

Закон этот, что обсуждался, честно скажу – не знаю, не читал. Быть может, и несвоевременный закон. Не самый главный вопрос. Может быть, не закон нужен, а общественное отношение, общественное неприятие. Но то, что детей надо охранять от гомосексуальной пропаганды – уверен. Вы говорите, что дальше будет хуже. Будет наступление на это агрессивное меньшинство. Отвечу вашими словами: «Да что вы говорите?». Как раз наоборот. Именно агрессивное меньшинство на этом не остановится.

Для большого искусства ситуация никак не изменится. Искусство вскрывает пограничные состояния, сумерки души. Настоящему искусству доступно все: и добро, и зло, и подвиги, и подлости, и сила человека, и слабости его. Появятся еще и новые Лолиты и новые Раскольниковы.

Что же мне-то теперь делать? Что писать для детей? Обычные сказки писать уже несовременно. Новые «нормы» – новые отношения. Иванушка-дурачок теперь должен медведя встретить, никак не медведицу. И поиметь его, конечно. А Баба Яга – красную шапочку. Тоже поиметь. Хорошую перспективу готовят для наших детей прогрессивные искусствоведы и модераторы. В русском былинном эпосе не встречались мы с грехами Содома и Гоморры. А грех – завсегда посещал эпос. Вот уснул Святогор, а жена его совращать стала Илью Муромца, коего встретила. Да не красой своей, а угрозой, что пожалуется мужу, что Илья, мол, обидел ее, бедную женщину. Подумал Илья – и так плохо, и так – да и уступил настырной охальнице. Чем все закончилось – знаете, Святогор предпочел воинскую дружбу, да и прихлопнул жену распутную. Теперь все, видать, по-другому будет. Вместо жены будет у Святогора – Алеша Попович. Вот и станут они делить его, Святогор и Муромец. И никого прихлопывать не придется. Воинская дружба – превыше всего. Такие у меня грустные мысли, френды. Может, и не думать мне об этом? Пусть Марковы да Ерофеевы копья ломают, а мы своей жизнью жить будем. Что нам эти гомо-, би-, зоо-, свально-, общественно-… сексуалы? Господь нас, натуралов, миловал. А тех пожалеем. Обделенных судьбой. Обиженных обществом. И простим, конечно. Если они слишком агрессивно себя вели. Что с них взять?

Так-то оно так. А как послушаешь искусствоведов и модераторов… Получается, что я, именно я, и гомофоб, то есть геененавистник, и мракобес полный. Кто знает, может они и правы. И вполне могут меня привлечь за ксенофобию. Пусть попробуют. Я встречный иск подам. Не дают мне, натуралу, спокойно жить. То им со мной не по пути, то культуру западную не догоняю. Будто культура в том – с кем, как и с какой стороны. И мы все – идиоты, кто не гомосексуалисты. Не я – ксенофоб, а вы, господа искусствоведы и модераторы – ксенофобы. Так что вы, либералы, нас, натуралов, не трогайте. А нравятся вам геи, феминистки, мормоны, не знаю, что там еще вам нравится, настоящие сексуальные революционеры, что ли, что бравируют совсем неэстетичным групповым совокуплением в Тимирязевке, сюсюкайтесь с ними, сколько угодно, но не засоряйте этой швалью эфир. А то прихлопнем вас, как Святогор – свою распутную жену. Как-то так. С моей точки зрения. С точки зрения гомофоба (ваши слова) и мракобеса (обскуранта, по вашему).

Поделиться прочитанным в социальных сетях:

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *